Бог умер в Кемерово

Жертвам страшной трагедии в городе Кемерово посвящается — невинным детям, погибшим в губительной западне по недосмотру взрослых. Ваши впустую истраченные молодые жизни разбивают нам сердце. Та высшая мера страдания, под которую вы попали, отнимает у нас у всех надежду на спасение.

 

Поздно вечером в воскресенье я увидел новость и с грустью отметил для себя, что, по всей видимости, в Кемерово произошел пожар с несколькими жертвами — страшное событие, но не намного страшнее чем человеческая жизнь и смерть как таковые.

 

Но в понедельник в течение дня открылись леденящие душу подробности. Оказывается, погибли не несколько человек, а несколько десятков человек, и большое число из них дети. Оказывается, охранник центра, получив известие о пожаре, отключил пожарную сигнализацию. Оказывается, двери кинозалов были заблокированы — дети задыхались, горели, звонили родителям, но не могли даже выйти в коридор.

 

С мурашками, бегущими по коже, спешил я к нормальному интернет-доступу в вопиющем состоянии духа, в жутчайшей догадке, что произошло грандиозное злодеяние, ужасный и бессердечный террористический акт. Я думал, что кто-то запер и целенаправленно истребил детей.

 

И вдруг оказалось, что охранник торгового центра выключил сигнализацию, потому что по всей видимости подумал, что это «ложная тревога». И вдруг оказалось, что двери кинозалов были заперты, потому что шла борьба с безбилетниками.

 

И наступило глубокое моральное отчаяние на душе. Бесконечно, бесконечно жаль погибших детей. И нет никакого архизлодея, стоящего за этим чудовищным происшествием. И от этого только хуже. Было бы легче, было бы менее страшно, если бы это был не несчастный случай, не убийство по неосторожности, но продуманное и целенаправленное преступление против человечности. Если бы у этого круга ада был автор.

 

В теологии, в философии религии есть так называемая «проблема зла». Она звучит так — как может всемогущий, всеведущий и всеблагой Бог позволять происходить злу в созданном им мире? Существование зла, которое мы воочию наблюдаем вокруг себя, не совместимо с деятельностью всеведущего, всемогущего и всеблагого Бога, а значит опровергает существование такого Бога.

 

В ответ на «проблему зла» проповедуется традиционная «теодицея», или «оправдание Бога», которая апеллирует к свободе воли. Идея состоит в том, что Бог разрешает людям творить зло, потому что он даровал им свободу воли — но люди превратно этой свободой воли пользуются. Господь мог бы отменить зло, но тогда не будет и свободы воли. Бог позволяет злу происходить — для того, чтобы человек имел доступ к еще большему, к превосходящему по ценности благу — свободе воли.

 

Кто-то изнасиловал и убил маленькую восьмилетнюю девочку и спрятал ее тело в канаве рядом с детской площакой. Как может подобное зло происходить в вотчине всемогущего, всеведущего и всеблагого Бога? Господь разрешает подобное кромешное зло по отношению к девочке ради превосходящего его по ценности блага — свободы воли насильника. Вот, что говорят нам богословы, опираясь на традиционную теодицею.

 

Но, даже если принять это объяснение, есть проблема с этой традиционной теодицеей — она оправдывает лишь зло, целенаправленно совершенное свободной волей человека. Она не может оправдать «естественное зло», «зло без злоумышленника», зло, происшедшее «по собственной инициативе», «по недосмотру», потому, что «у семи нянек дитя без глазу».

 

Если бы за кемеровской трагедией стоял злой гений, то оставалась бы надежда на существование Бога. А так как никакого злого умысла не было, т. к. это была череда нелепых случайностей, халатностей, нарушения техники безопасности, коррупции — то кемеровское событие не оставляет нам никакой надежды на существование Бога.

 

Бог умер.

Бог опровергнут.

Бог сгорел вместе с детьми в пламени пожара в торговом центре «Зимняя вишня» в Кемерово 25 марта 2018 года.

Бога точно нет.

Мы точно одни-одинешеньки во Вселенной.

Нам точно нет спасения.

 

Ничего хуже происшедшего и злее происшедшего уже не будет. Никакой более великой боли уже не будет. Представьте, что происходило в этих запертых кинозалах в последние минуты. Уровень горя — 100 баллов из 100. Это высшая мера страдания, отмеренного человеку. Полный паралич духа. Даже если произойдет ядерная война — то даже там все равно будет «автор», нажимающий на большую красную кнопку и запускающий смертоносные ракеты — а значит будет свободный злой умысел, а стало быть даже ядерную войну можно будет хотя бы на философском уровне как-то оправдать и как-то совместить с возможным существованием Бога.

 

Но не Кемерово. То, что произошло в Кемерово, есть леденящее дыхание абсолютного и никак и ничем не оправдываемого зла. Это приговор Богу. Ничто не может искупить то, что произошло.

 

Мне все равно, что сейчас будут говорить и делать политики. Мне все равно, объявят или не объявят траур. Мне все равно, накажут ли тех, по чьей неосторожности, по чьей преступной небрежности произошло то, что произошло. Да хоть наградите их! Все равно.

 

Все равно абсолютный и максимальный урон уже нанесен.

 

Что бы сейчас ни делалось, оно никак не влияет, никак не может оправдать, никак не может облегчить то, что произошло.

 

Ничто не сможет восстановить структуру реальности, с которой совместимо существование Бога.

 

Я хочу посмотреть на человека с ключом от запертых дверей в кинозалы, который, я надеюсь, спас свою жизнь. Не потому, что я хочу его освистать и осудить. У меня нет на это никаких нравственных сил. Я просто хочу заглянуть ему в глаза. И одновременно с этом я понимаю, что даже это совершенно излишне и нисколько не поможет. И мне просто очень жаль и этого человека в том числе. Ведь даже если его тело спаслось из пекла, его душа, его совесть теперь будут вечно полыхать в этом торговом центре.

 

Наши государственные и общественные деятели в своей массе ведут себя отвратительно в связи со всем этим — но что с того? Кто-то говорит, что погибло гораздо больше человек чем официальные цифры — но что с того?

 

Как будто бы из-за этого вдруг может стать так, будто бы Бог не умер. Не может.

 

Абсолютное кромешное зло произошло, и никак не может быть исправлено. Это не просто несчастный случай. Это крах человеческих надежд. Поражает и разбивает сердце вовсе не «банальность зла», как писала Ханна Арендт, а его полная бессмысленность и «невинность»  — невменяемость, неоправдываемость и случайность.

 

Алексей Пан

Войти в библиотеку компании
1043
Войти
в библиотеку компании