День гипотез

День знаний прекрасный праздник: ведь знания являются фундаментом человеческой эффективности в любой области деятельности. Но есть нечто еще более важное чем знания, и о чем, подверженные культу знаний, мы часто забываем. И это чревато для нашего прогресса как в социально-политической жизни, так и в бизнесе.

 

Наступило первое сентября, дети пошли в школу, молодежь в университет, в России наступил День знаний. Прекрасный и весьма уместный праздник. Ведь знание есть важнейший актив человечества, ценнейшая субстанция, источник всех наших благ и достижений. «Знание — сила», — как сказал Фрэнсис Бэкон.

 

Но есть одна оговорка.

 

Подавляющий объем научного знания имеет так называемую гипотетическую форму. Наука вовсе не представляет собой монолитную стену бесспорных утверждений. Наоборот. Наука — это бесконечно идущий спор по всем вопросам, выдвижение гипотез, непрерывное их подтверждение и опровержение, плюрализм мнений и школ мысли. Наука — это вовсе не истина в последней инстанции, но лишь непрерывное стремление к таковой.

 

Если исторически смотреть на интеллектуальное развитие человечества, то огромная доля из того, что человечество когда-то считало истинными знаниями, впоследствии было опровергнуто последующими открытиями. Начиная с древнегреческих материалистов, заканчивая теориями флогистона и теплорода, птолемеевской геоцентрической картиной мира и ламаркизмом академика Лысенко, история познания пестрит заблуждениями. Какой на основании этого можно сделать вывод? Вывод следующий. Огромная доля из того, что мы сегодня считаем истиной, на самом деле является лишь вероятностным предположением, неудачным обобщением. Эти представления будут как максимум опровергнуты, а как минимум подкорректированы дальнейшей поступью познания.

 

Есть даже мыслитель, который сказал, что даже «дважды два четыре» есть не окончательная, но всего лишь эмпирическая истина. Мы уверены, что дважды два четыре, просто потому, что еще на разу не встречали ситуацию, в которой дважды два пять. Но эта ситуация может произойти!

 

Известный философ науки Карл Поппер выдвинул так называемый критерий фальсифицируемости. Если утверждение нефальсифицируемо, т. е. если оно неопровержимо в принципе, то оно является не научным, а идеологическим, религиозным. А что означает фальсифицируемость, потенциальная опровержимость утверждения? Она означает неокончательность, гипотетичность этого утверждения.

 

Именно гипотеза является источником знания, прогресса, истины, справедливости. Именно гипотеза есть то, посредством чего знание делает шаг вперед. Именно гипотеза является фундаментом науки и секретным волшебным ингредиентом западной цивилизации. Знание — это прекрасно. Но знание есть результат выдвижения предположений и последующего их подтверждения или опровержения. Знание — дитя гипотез.

 

Именно поэтому, была бы моя воля, я бы в дополнение к Дню знаний ввел бы еще и День гипотез. Ведь гипотеза главнее знания. Гипотеза старше знания по должности. Гипотеза выше, шире, глубже, мудрей, амбициозней, активней и деятельней знания. Гипотеза смиренней и скромней знания, гипотеза преисполнена христианского сомнения в самой себе, сократического «знаю, что я ничего не знаю».

 

Знание есть уже неопровержимость. «Знаю» означает «знаю, что это не может быть иначе». А гипотеза — это поиск. Гипотеза есть усомнение в знании и догадка об этом самом «иначе». «Что если вещи обстоят иначе, чем утверждает знание?». Вот этот вопрос гложет гипотезу и движет ею — и движет нами вместе с нею.

 

В определенном смысле гипотезы «знают больше знания» — потому что они глядят дальше неопровержимости, потому что гипотез количественно больше, потому что они высвечивают действительность с разных аспектов. Потому что они динамичны, потому что они практичны — гипотезы просятся быть «взятыми в руки» и опробованными.

 

Знания присущи последователям, но пионерами, первооткрывателями движут гипотезы. Именно до этого не могла догадаться коммунистическая партия, и именно потому они неправильно назвали пионерский праздник.

 

Почему же мы в подавляющем большинстве случаев говорим о «знаниях», а не о «гипотезах»? Наверное, потому что мы любим определенность. Наверное, потому что мы хотим стабильности. Мы не хотим стоять на зыбкой почве и находиться в непрерывном поиске ответов, при этом никогда ими не обладая в полной мере. Мы хотим себя и других уверить в том, что обладаем окончательной истиной. (И ведь это не просто наша психология, это и политический приоритет тоже. Парламент — не место для гипотез, подчеркивает спикер нашего вече; парламент — место для безоговорочно истинных утверждений, точка.)

 

Употребляя как заклинание слово «знание», мы повергаем себя и других в иллюзию наличия ответов, в иллюзию обладания истиной. Но при этом мы становимся дальше от истины.  Употребляя же слово «гипотеза», мы лишаем себя «твердой почвы», уверенности в существующих ответах, лишаемся иллюзии обладания истиной. Но за счет этого мы действительно приближаемся к истине, открываем себя поиску — и становимся более дееспособны в слабо предсказуемом окружающем мире. Превознося знания, но вовсю сторонясь гипотез, мы действуем как тот человек из фильма «Матрица», который захотел выпить синюю таблетку и вернуться в прекрасное зазеркалье, забыв неприглядную действительность.

 

В своей практике в РКГ «Стратегии устойчивого развития» мы обнаружили, что эффективная стратегия представляет собой не знания. Эффективная стратегия — это гипотезы. Если вы хотите не стоять на месте в бизнесе, но расти и развиваться, то вам нужны не знания, а гипотезы. Вам нужны не планы получения результатов, а предположения о том, где и за счет чего ваша компания могла бы достичь кратных приращений в своей деятельности. Если вы хотите развития своей компании, не проводите в своей компании «день знаний», день традиционного стратегического планирования. Проведите в своей компании «день гипотез» — стратегическую сессию, ориентированную на возможности.

 

Алексей Пан

Войти в библиотеку компании
297
Войти
в библиотеку компании