О соблазнах государственно-частного партнерства

У громадных дивидендов, кроющихся в сотрудничестве с государством, есть оборотная сторона.

 

«Мне уже под пятьдесят, — как-то поделился наш давнишний клиент в момент откровенности, — и я не хочу больше совершать ошибок». Я много денег потерял из-за неправильных решений в жизни, дальше рассказал этот многоопытный предприниматель, и больше, дескать, терять не хочу. Мне точно нужно капитально договариваться с партнером и отныне не пускаться в авантюры, но действовать продуманно, добавил бизнесмен.

 

Через год этот же человек приходит и рассказывает нам затею по баснословному вложению миллионов долларов, которую учинил с партнером. Схема предусматривает апгрейд производственных технологий на государственных предприятиях по концессии — с последующим получением из бюджета компенсации за принесенную пользу. Вкладываешь сотни миллионов, получаешь назад в течение следующих нескольких лет миллиарды под железобетонные гарантии государственных органов. Крупнейшие банки с госучастием готовы финансировать проект, но под отъем взамен на это финансирование голосующей доли акционерного капитала в компании — на что предприниматель категорически не готов идти.

 

«Помогите найти инвестора, — обратился он к нам. — Моих собственных ресурсов на этот проект может не хватить».

 

Мы с коллегами попытались донести до нашего визави, что, возможно, он гоняется за «журавлем в небе», и что, скорее, в его бизнесе есть другие, более хлебные и более близлежащие возможности — «журавли в руках». Давайте проведем стратегическую сессию, выявим и сорвем эти «низко висящие плоды» — и лишь затем, если захотите, рискуя шкурой, можно лезть на рожон этого проекта — воззвали мы к предпринимателю. Но наши увещевания были бесполезны. Предприниматель сделал свой экзистенциальный выбор.

 

Есть колоссальный риск в работе с государством. Были многие, кто строил объекты к олимпиаде. Многие уже сидят, а их компаниям до сих пор не платят. Государство прекрасно считает деньги и отлично контролирует рентабельность всех участников деловой активности. С какой бы это стати помощник президента Белоусов некоторое время назад предложил взять да и изъять полтриллиона у металлургов? Государство посчитало рентабельность и в одностороннем порядке решило, что остатка предприятиям хватит.

 

Государство в любом случае накажет владельцев капитала, если они этот капитал «засветят». Государство попользуется их капиталом — а потом либо не заплатит, либо оштрафует, либо доначислит налоги.

 

А если придет Навальный — то он отменит все договоренности, обнулит взаимоотношения, назовет ворами тех, кто начал работать с государством сегодня. И все равно инвесторы не получат денег.

 

Если схема такая крутая, если все так захватывающе интересно, то почему какая-то, условно, «затрапезная» частная компания без денег бегает и ищет ресурсы и «надувает щёки», не желая отдавать контроль госкомпаниям? Все совсем не просто. Ведь наверняка будет определенная коррупционная составляющая, а значит — в зоне риска окажутся все участники.

 

Предприниматель даже сам процитировал сакраментальное «Украл, выпил, в тюрьму» из незабвенных «Джентльменов удачи». Но он сказал это посмеиваясь, считая, что уж он-то избежал этой участи, ведь он все делает в строгом соответствии с законом, под государственные гарантии, с общественным одобрением. Но он ошибается. Это не он с партнером, ввязывающиеся в этот проект, джентльмены удачи, а другие. Наше государство есть авантюрист и джентльмен удачи.

 

Как сказал святой Августин Блаженный: «при отсутствии справедливости, что такое государства, как не большие разбойничьи шайки?» («О граде Божьем»).

 

Возможно, в связи с данным утверждением меня, вместе с отцом церкви, можно осудить за проявление неуважения к государственной власти — но уж во всяком случае точно не за распространение фейковой новости.

 

Алексей Пан

 

Войти в библиотеку компании
227
Войти
в библиотеку компании